Законы восприятия

«Наука 2.0» с психофизиологом Татьяной Строгановой. Часть 2
http://polit.ru/article/2011/08/02/stroganova/

Несколько цитат, которые очень хорошо перекликаются с книгой Jeffrey Cray, Consciousness: Creeping up on the hard problem, которую я сейчас читаю.

Т.С.: Это экспериментальные данные, они интересно начинают конвергировать с современной философией и психологией, правда? Это чрезвычайно любопытно. Встаёт интересный вопрос: мы более или менее научились разбираться в том, какие последующие звенья начинают включаться в этом потоке обработки зрительной информации, как они действуют на более ранние звенья. Но что получается с вашим зрительным восприятием, если вдруг эта связь разорвана? Это важный и интересный вопрос. Давно, ещё до того, как возникли все эти замечательные приборы, неврологи и нейрохирурги прекрасно знали о нарушении зрительного восприятия, которое чрезвычайно специфично по отношению к тому, какая зона мозга, участвующая в обработке зрительной информации, нарушена. Некоторые из них достаточно тривиальны. Например, если разрушается какой-то участок экрана первичной зрительной коры, возникают скотомы – выпадение определённой части поля зрения. Вы видите всё поле, кроме какого-то его участка. Это самый очевидный вариант зрительного нарушения, а есть гораздо более удивительные. Например, если у вас нарушаются некоторые зоны, вы начинаете видеть зрительные галлюцинации, причем видите их чрезвычайно ярко. Это может продолжаться каждый день в течение всей вашей жизни. Это галлюцинации не психиатрического происхождения. В книге знаменитого доктора Рамачандрана «The Tell–Tale Brain» есть замечательный пример. Он рассказывает об одном из своих пациентов, который видел эти галлюцинации. Они вместе сидели в кабинете, и доктор спрашивал его об этих галлюцинациях. Он спросил: «Сейчас вы что-то видите, разговаривая со мной?» — тот ответил: «Конечно, вижу». — «Что же вы видите?» — «Я вижу золотистую обезьянку, которая сидит у вас на коленях» — «Простите, но вы ведёте себя так, как будто её нет!» — «Конечно. Я же совершенно разумный человек, который понимает, что никакая обезьянка не может сидеть у вас на коленях, я нахожусь на приёме у невролога и веду себя соответственно». Это не психиатрическое заболевание, это неврологическое нарушение.

Т.С.: Да. Но интересно, что такие же галлюцинации порождает ваш мозг во время парадоксального сна: вам же не кажется это необычным или неправильным. Т.е. немного переключается схема соединений — и ваше зрительное восприятие полностью меняется. А как вам такое замечательное нарушение, когда вы способны видеть и называть какие-то категории объектов, а другие категории объектов вы не способны видеть и называть? Например, овощи ваше зрительное восприятие не опознаёт. Соответственно, вы не можете их назвать, но все остальные категории объектов ваше восприятие опознавать не отказывается.

 Т.С.: Тогда продолжение эксперимента. Перед пациентом ставят ширмочку, под неё снизу он может просунуть руку. За ширмой лежат перчатка, апельсин и вилка. Его просят достать то, что он только что видел. А ему показывали, например, только вилку. Он говорит: «Я ничего не видел, я не знаю, что я видел». Он просовывает левую руку, которая управляется тем же правым полушарием и безошибочно достаёт вилку. Ему говорят: «Послушайте, вы достали ровно тот предмет, который вы видели», а он говорит: «Но я этого не знаю, я ничего не видел». Думаю, что стоит задуматься о том, что знаем мы, что знает наше сознание, и чем наше знание о том, что мы знаем, отличается от того, что мозг по-настоящему знает.

Тогда возникает вопрос и о том, что такое знание. Возникает и некоторая доля почтительного уважения к господину Фрейду, который поднял вопрос о подсознании, но очень обузил проблему, отнёс её только к сексуальной сфере жизни человека. На самом деле, конечно, проблема гораздо шире. Интересно, что из тех же экспериментов, о которых я сейчас говорила, следует важная вещь: то знание, которое вы не осознаёте, способно управлять вашим поведением.

Так вот, дети с аутизмом не воспринимают зрительных иллюзий. Можно сказать, что в этом отношении они воспринимают зрительный мир гораздо более объективно, чем мы с вами. Или вот что. Их зрительное восприятие работает таким образом, что они лучше типичных людей воспринимают углы наклона линий. Мельчайшее отклонение угла наклона линий от предыдущего положения воспринимается их мозгом более объективно, адекватно, чем у человека обычного.


Comments are closed.