Бруно Латур: Политики природы. Как привить наукам демократию

Книга Бруно Латура Политики природы опубликована в 1999 году на французском языке. В 2004 году она была переведна на английский, а в 2018 — на русский. В книге рассматриваются сложные взаимоотношения науки и общества, более точно, науки и политики. Мне понравился подход Латура — он нашел способ спокойного обсуждения стоящих проблем с позиции здравого смысла.

Латур связывает обычный подход к науке с мифом пещеры Платона. Люди находятся в Пещере и наблюдают на стене Пещеры искаженные тени реального мира. Обычным людям не остается ничего другого, как жить в заблуждении относительно истинного устройства мира. Только избранным дано выбраться из Пещеры и узнать истинное положение дел:

‘Ученый, отныне вооруженный нерукотворными законами, которые он узрел, вырвав их из ада социального, может вернуться в Пещеру, чтобы навести там порядок при помощи не подлежащих обсуждению выводов, которые заставят замолчать невежд с их бесконечной болтовней.’

‘Хотя мир истины отличается от мира социального абсолютно, а не относительно, Ученый, несмотря ни на что, может переходить из одного мира в другой и обратно: ему одному открыт путь, недоступный для остальных. В нем и благодаря ему волшебным образом рушится тирания социального мира, позволяя Ученому созерцать объективный мир, а по возвращении дает ему возможность, подобно новому Моисею, попрать тиранию невежества скрижалью непререкаемых научных законов.’

Латур считает, что на базе мифа пещеры невозможно построить нормальное гражданское общества. Поэтому позицию Латура можно коротко изложить следующим образом: не входить в Пещеру!

Основная проблема при рассмотрении науки связана с вопросами метафизики о том, что действительно существует. Предполагается, что наука дает ответ именно на этот вопрос, однако при более внимательном рассмотрении предлагаемые ответы заканчиваются неразрешимым клубком противоречий. Приведу пару примеров.

Начну с замечательной цитаты, которую я подглядел у экологов:

‘Гораздо полезнее принять, что человек — природное существо, действующее в строгих рамках законов природы. Незнание этих законов порождает экологические проблемы и периодически вынуждает человека искать выходы из очередного экологического кризиса.’

Таким образом, экологи выбрались из Пещеры и углядели законы природы, которые люди по своему невежеству умудряются нарушать. Однако отстается много вопросов. Может ли человек нарушить законы физики? Как связаны законы природы, о которых говорят экологи, с законами физики? Нарушают ли другие животные законы природы или такое по силу только человеку?

Далее следует вспоминать про то, что в настоящее время многие ученые заявляют о том, что не существует ни свободы воли, ни «Я», ни сознания. Приведу по этому поводу цитату Алекса Розенберга

‘Нейрофизиология показала, что несмотря на видимость поведение человека не вызывается замыслами, намерениями и целями. Цели не существуют как и во всем биологическом домене, а есть только убедительная иллюзия цели. Любое поведение, которое выглядит целенаправленным на самом деле есть результат физических процессов, таких как слепая вариация и естественный отбор, открытый Дарвином …’

Однако непонятно, каким образом нейрофизиологам и Розенбергу удалось вырваться из Пещеры, чтобы получить такое замечательное заключение.

Приведу теперь цитату из книги Латура по этому поводу:

‘Если вы настаиваете, что свободны, а вам надменно заявляют, что вы всего лишь мешок с аминокислотами и протеинами, вы, конечно же, будете отчаянно сопротивляться подобной редукции, гордо заявляя о неписаных правах субъекта. «Человек – это не вещь!» – скажете вы, стукнув кулаком по столу. И будете правы. Если вы укажете на существование неоспоримого факта, а вам надменно заявляют, что вы подтасовали этот факт, руководствуясь своими предрассудками, и речь идет «всего лишь о социальном конструировании», то вы изо всех сил будете сопротивляться этой редукции, на этот раз поддерживая автономию Науки против любого субъективного давления. «Факты – упрямая штука!» – скажете вы, опять стукнув кулаком. И вы опять будете правы. Чтобы избежать встречи с одним монстром, мы готовы защищать другого, но это двоякое сопротивление является крайним средством. Чтобы участвовать в подобных схватках и изнурять себя, постоянно стуча кулаком по столу, нужно, чтобы больше не было никакой гражданской жизни; для этого нужно согласиться сойти в Пещеру и приковать себя цепями.’

Решение Латура связано с ‘экспериментальной метафизикой’, отказом от Науки с большой буквы в пользу многих наук с маленькой буквы (‘Наука мертва, да здравствуют исследования и да здравствуют науки!’), удалению из рассмотрения Природы с большой буквы и введению Коллектива.

Латур рассматривает процесс возникновения пропозиций, поскольку, в конечном итоге, знание о мире артикулируется именно в этой форме. В этом процессе по мнению Латура участвуют как люди, так и не-люди. В книге использован знак ударения для избежание отрицательного смысла, который можно связать с последним термином, я же для простоты буду использовать дефис. Таким образом, Коллектив Латура состоит из людей и включенных в Коллектив не-людей.

Введение не-людей требуется Латуру для исключения из рассмотрения социального конструктивизма. В конечном итоге, ученые приходят к пропозициям при исследовании определенных существ, поэтому вполне можно сказать, что эти существа вынуждают ученых озвучить именно данные утверждения. В терминологии Латура в данном контексте ученые являются официальными представителями изучаемых существ. Нельзя исключить того, что официальный представитель является самозванцем, но также нельзя исключить, что официальный представитель действительно говорит в силу приданных ему полномочий.

Например, микробы и число Пи являются частью современного Коллектива. История науки говорит нам, что потребовалась большая работа со стороны микробиологов и математиков для того, чтобы микробы и число Пи были по ходу истории включены в Коллектив, но в настоящее время уже невозможно представить себе Коллектив без них.

Латура интересует именно процессы включения в Коллектив новых существ и исключения из Коллектива существ, которые не прошли проверки временем. Латур предлагает определенные процедуры, в рамках которых Коллектив должен принимать соответствующие решения, и в которых принимают участие ученые, политики, экономисты, моралисты и администраторы. По ходу книги Латур постоянно сравнивает свои предложения с теми, которые возникают при опоре на миф Пещеры.

Термин экспериментальная метафизика обозначает следующее. Текущие пропозиции, принятые в Коллективе, рассматриваются как ответ на вопрос о том, что существует. Однако этому ответу не придается абсолютный смысл, поскльку Коллектив находится в состоянии иммантентного эксперимента, когда пропозиции постоянно обновляются и, таким образом, Коллектив постоянно обновляется. При этом вполне возможно, что исключенные из Коллектива существа на одном этапе вернутся обратно в Коллектив в будущем.

В заключение отмечу, что, по-моему, экспериментальная метафизика Латура в определенном смысле является отказом от обычной метафизики, поскольку мы не спускаемся в Пещеру. Электромагнитные волны приняты в Коллектив, но человек по-прежнему видит зеленый предмет перед собой. Рассуждения о том, что предмет на самом деле бесцветен, а зеленое существует только в голове человека, остаются только как нарративы, которые должны способствовать сплочению Коллектива.

Информация

Латур Б. Политики природы. Как привить наукам демократию, 2018.

Bruno Latour, Politics of Nature: How to Bring the Sciences into Democracy, 2004.

Обсуждение

https://evgeniirudnyi.livejournal.com/203139.html

https://www.facebook.com/evgenii.rudnyi/posts/1515946545206426


Comments are closed.